ход Господень во Иерусалим - ПАТРИАРШЕЕ ЧЕРНИГОВСКОЕ ПОДВОРЬЕ: ХРАМ УСЕКНОВЕНИЯ ГЛАВЫ ИОАННА ПРЕДТЕЧИ ПОД БОРОМ И ХРАМ МИХАИЛА И ФЕОДОРА ЧЕРНИГОВСКИХ

Проповедь на Вход Господень во Иерусалим


Сегодня, дорогие братья и сестры, вместе со всей Православной Церковью мы празднуем Вход Господень во Иерусалим, событие, которое совершилось за неделю до Светлого Христова Воскресения, и которое предваряет седмицу великих и страшных дней – седмицу Страстей Господних. Обратим внимание на тех, кто встречал Спасителя и почему Бог так или иначе именно этих людей допустил до встречи Его во Иерусалиме. Каков был замысел Божий об этих людях и в чем был Промысел Божий о них.

Эти люди были неодинаковы и неоднородны. Об одних из них – апостолах и первоначальной Церкви вместе с Церковью последующих веков мы поем в тропаре праздника: «Общее воскресение прежде Твоея Страсти уверяя, из мертвых воздвигл еси Лазаря, Христе Боже». Господь совершает чудо воскрешения Лазаря и входит торжественно в Свой град для того, чтобы укрепить веру первоначальной Церкви – апостолов, жен мироносиц, всех тех других первых сотен и уже даже тысяч христиан, которые в Него поверили в годы Его общественного служения. Он приходит для того, чтобы укрепить накануне тех великих, как мы знаем, с точки зрения их спасительности, но и, конечно же, предельно трагических и крайне трудных для личного восприятия людьми событий, которые последуют за входом Господним во Иерусалим.

Обратим внимание на то, что потом подобное отношение Божие к народу Божию и к Его Церкви мы не раз увидим в христианской истории. Накануне каких-либо тягчайших испытаний, конечно же имеющих провиденциальный смысл, и конечно же в итоге спасительных для этого народа или для этой церкви, но тем не менее чрезвычайно тяжких, Господь дарует некое утешение и подкрепление – будь то во время относительного периода благоденствия и расцвета, посылая ли великих святых в канун того или иного трагического события, как то было и в начале минувшего двадцатого столетия с нашей Церковью. Мы помним, что в канун всего того, что пришлось и должно было потом пережить нашей Церкви и нашему народу ей были даны такие святые как преподобный Серафим, который был прославлен, как святой праведный Иоанн Кронштадтский, который в это время жил, благовествовал и служил как священник, и, конечно же, прежде всего царственные страстотерпцы – царь мученик Николай и его семья, которые вопреки всему, что можно было ожидать в то время явили на императорском престоле подвиг христианской святости. Можно сказать, что эти подкрепления соотносятся с тем, что было дано первоначальной Церкви во время чуда воскрешения Лазаря и входа Господня во Иерусалим.

То же самое мы можем вспомнить и о других церквях в другие века. Подобное было с греческой Церковью незадолго до падения Константинополя, когда уже при придельной внешней скудости ей был дан святитель Григорий Палама и множество других сопутствовавших ему молитвенников и весь тот расцвет духовной жизни, который мы называем эпохой исихазма, который предварял события, последовавшие меньше, чем через сто лет после того, что мы называем Палеологовским расцветом и удивительным периодом потока духовной жизни, который открылся в Византии в четырнадцатом столетии.

Подобное же было и в других странах. Каждый сможет вспомнить некоторые примеры. То же самое мы видим и по сегодняшнему празднику. Господь считает нужным укрепить веру людей, когда они столкнутся с тем, что им предстоит пережить – с временами гонений, скудости или внешнего стеснения, временами, когда ничего не будет извне подкреплять их веру. Тогда должно помнить о том, что было в жизни человека. Так бывает и в личной жизни. Человеку должно помнить те прикосновения благодати Божией, те удивительные дары Божии, которые были и есть в жизни каждого из нас. И когда приходит время, когда нам кажется, что я встречаюсь с тем, что мне трудно перенести или не могу с этим справиться, или у нас возникает вопль о справедливости: «Почему это со мной происходит?» Вспоминай те дары благодати, которые были даны тебе в твоей личной жизни и ты поймешь, что то, что сегодня с тобой случается и переносимо и, самое главное, заслужено.

Кроме тех, кто встречал Бога во Иерусалиме, имея в виду подкрепление их веры, Евангелие еще много говорит о детях иерусалимских. Дети не так часто упоминаются в Священном Писании Нового Завета – всего несколько эпизодов чудесных исцелений и всем известные слова Спасителя, когда Он возбраняет мешать детям приходить к Нему. И сегодня мы слышим о детях Иерусалима, которые с вайями, с ветвями пальм радуясь встречали – кого? Вряд ли они понимали, что они встречают обетованного Мессию. Ну можно ли в пять-шесть-семь лет ожидать от ребенка, что он богословски бы понимал то, при чем он теперь присутствует, что он уже знал закон Моисеев, читал Исаию или даже если слышал Исаию в Ветхозаветной синагоге, то понял и запомнил это. Может быть, были удивительные маргариты среди Иерусалимских детей, которые так это воспринимали, но для абсолютного большинства это была просто неожиданная радость, нечто такое, что детским разумом конечно не уразумевалось, но что касалось их души и сердца. И может быть, сегодня можно особенно вспомнить слова Спасителя: «Пустите детей приходить ко Мне» (Мк. 10:14). Дети, которые, как может быть, кажется, ничего не понимают в храме, увлечены подсвечниками, плетут косички из бахромы аналойников или занимаются еще чем-то, что богословски образованным, но недобрым взрослым кажется неправильным занятием, на самом деле подобны тем детям иерусалимским, которые вышли на встречу Спасителю. И дай Бог, чтобы они запомнили это и сохранили это в своем сердце, ибо они станут будущим нашей Церкви, как те иерусалимские дети стали будущим первоначальной Церкви христианской.

Конечно, в сегодняшний день встречали Спасителя еще и те люди, иерусалимляне, которые соединяли с этой встречей ложные ожидания. Это были не члены первоначальной Церкви и не дети, у которых не было никаких спекулятивных мыслей, а те, которые ожидали своего от Бога. Ожидали, что сейчас Он сделает то, чего они от Бога хотят: восстановит справедливое государственное правление, прогонит иноземных захватчиков Римлян, расторгнет иго язычников, которое было над Иудеей, и что будет здесь мир и благоденствие на земле и всем будет воздано так, как должно всем воздать. Казалось бы, зачем Господь допускает этих людей ошибающихся? Многие из них не пройдет и нескольких дней, будут кричать: «Распни, распни Его!» (Лк. 23:21) и «Не Его, но Варавву» (Ин. 18:40). Те же самые жители Иерусалима! Но дело в том, что Господь даже по отношению к этим людям показывает, что есть моменты в жизни, когда человек способен стать лучше себя самого. Какие бы ни были у них на тот момент ложные установки и ожидания, это был момент, который называется и на языке бытовом и на языке Церкви вдохновением, выхождением человека из себя, когда человек становится больше, чем он есть в обычной своей жизни. Так бывает в момент искреннего молитвенного воодушевления. Это мы знаем по себе. Иногда Господь дает так помолиться, как я о себе точно знаю, что я молиться не умею. Но Он вдруг дает этот дар. Он дает прикоснуться вдруг к тому, что Небо так близко, его можно увидеть, к Богу нашему можно протянуть руку, о чем я знаю, что я не умею так видеть Небо, не умею так протягивать руку, но Он дает этот дар. Подобный же дар, когда человек оказывается выше себя самого, бывает и в моменты творческого вдохновения, когда человек в акте творчества становится выше, чем он есть. Об этом наш великий поэт говорит, что гений и злодейство несовместимы в том смысле, что когда он находится в состоянии такого удивительного от Бога вдохновения, он не может быть злодеем. Вернувшись в обычную жизнь, он может стать таким же, как был или даже хуже, но в тот момент он Божий избранник. И вот жители Иерусалима в тот момент были Божиими избранниками. О чем это говорит? Это говорит о том, что Богу важен человек в данный момент такой, какой он есть. Не какой он был, ни каким он, может быть, станет, как мы склонны оценивать людей. Наша оценка людей исходит чаще всего из того, что мы знаем или нам кажется, что мы знаем об их прежних поступках и склоняется к худшему, как правило, нам трудно иметь добрую оценку этих поступков или из предположения о будущих их поступках, и тут мы тоже редко имеем благой помысел. А Бог оценивает человека в тот миг, в который он пред Ним предстоит. И учит нас так оценивать людей. Любой из этих иерусалимлян мог не крикнуть потом: «Распни, распни Его!» И были те, кто не крикнул. Был Симон Киринеян и были другие, которые остались с Богом до конца. Были те, кто не предал Христа, и поэтому Господь допускает их, давая эту возможность остаться верным до конца, быть причастником встречи во время входа Его во святой град.

Постараемся же, дорогие мои, если не уподобиться апостолам и членам Церкви первоначальной, то хотя бы не уподобиться и тем, кто сегодня встречая Христа, потом отвернется, погрузившись в свои житейские заботы и реально выдавливая Бога из своей жизни. Постараемся быть хотя бы похожими на детей, которые способны без излишней рефлексии, но с естественной радостью сердца быть там, где Божий праздник и чувствовать сердцем, что где Бог, там жизнь и там хорошо.

Протоиерей Максим Козлов

Наверх